За три десятилетия Россия прошла путь от ограниченного доступа к интернету до повсеместного использования цифровых сервисов. Этот процесс был неоднородным и сопровождался как ускорениями, так и замедлениями. Исследование Вышки о распространении ключевых технологий — от мобильной связи до искусственного интеллекта — позволяет по-новому взглянуть на логику цифровых изменений. 

Лаборатория экономико-социологических исследований НИУ ВШЭ провела очередной научный семинар. Заведующий ЛЭСИ, первый проректор Вышки Вадим Радаев представил доклад «Как цифровые технологии проникали в жизнь россиян (фрагменты истории)».

Докладчик отметил, что сколько-либо системного описания распространения пользовательских цифровых технологий в России пока не существует. В своей работе он стремился отобрать и систематизировать наиболее значимые события, с которых начиналось существенное продвижение инновационных средств коммуникации среди обычных пользователей.

Вадим Радаев исследовал хронологию проникновения интернета и мобильной связи, распространения компьютеров, мобильных телефонов, смартфонов, социальных сетей и мессенджеров, банковских карт, сервисов заказа такси и готовой еды, а также использования искусственного интеллекта. Его интересовали общие закономерности и различия в темпах роста вовлеченности россиян в использование технологий и связанных с ними гаджетов.

Он пояснил, что под вовлеченностью понимал использование гаджета взрослыми россиянами (по доле от населения) и выделил четыре стадии: появление в доступе, широкая вовлеченность (более 25% населения), массовая (более 50%) и полная (более 75%).

Для расчетов распространенности технологий и гаджетов докладчик использовал данные РМЭЗ НИУ ВШЭ, дополняя их статистикой Росстата и результатами опросов общественного мнения.

Описывая историю проникновения интернета, Вадим Радаев напомнил, что домен .ru был зарегистрирован в 1994 г. Затем появились первые онлайн-библиотеки, бесплатные почтовые сервисы и поисковые системы, однако использование интернета первоначально оставалось ограниченным. Широкая вовлеченность была достигнута лишь в 2007 г., через пять лет она стала массовой, а к началу пандемии — всеобщей. В целом интернет распространялся по России равномерно и поступательно. По мнению докладчика, важнейшим рубежом стало начало 2010-х годов, когда началось активное проникновение смартфонов и мобильного интернета.

В отличие от интернета, дату появления персонального компьютера в России точно определить невозможно. В 1980-е годы клонировались зарубежные компьютеры, а в начале 1990-х годов их начали поставлять в страну. Широкая вовлеченность в использование ПК была достигнута в 2000 г., массовая — в 2009 г., однако дальнейший рост остановился на уровне около двух третей населения (как по данным Росстата, так и по опросам). И сегодня треть взрослых россиян не имеет персонального компьютера и не планирует его приобретать. Слом тренда Вадим Радаев объяснил распространением смартфонов, обеспечивающих круглосуточный доступ к сети. Именно они потеснили различные виды ПК, вместе с мобильными телефонами.

Мобильная связь распространялась иначе: для населения она стала доступна в 1994 г., однако в течение многих лет оставалась предметом роскоши и статуса из-за высокой стоимости услуг и самих устройств. К концу 1990-х годов мобильные телефоны имелись лишь у 0,5% населения. Резкий рывок произошел в начале 2000-х годов, когда существенно снизилась стоимость подключения, услуг и самих телефонов. В 2003 г. вовлеченность стала широкой, а всего через три года — всеобщей. «Это был взрывной рост, не имевший аналогов», — сказал заведующий ЛЭСИ. Отчасти взрывным можно назвать и распространение смартфонов: в 2014 г. была достигнута широкая вовлеченность, в 2017 г. — массовая, в 2021 г. — всеобщая, при этом около 20% россиян все еще пользуются обычными мобильными телефонами.

Широкое распространение новых технологий объясняется в том числе снижением относительной стоимости гаджетов: в частности, на одну среднемесячную зарплату в 2014 г. можно было приобрести два планшета или один ноутбук массовой категории, а в 2023 г. — уже три планшета и полтора ноутбука соответственно.

Наиболее сложным оказалось изучение проникновения компьютерных видеоигр из-за ограниченности и значительных расхождений в данных. По разным оценкам, вовлеченность в них в 2020-е годы колеблется от 20 до 75%. Расчеты по данным РМЭЗ показали, что в видеоигры играли 38% опрошенных старше 16 лет, а в 2023 г. — 34%. Это единственная сфера, где отмечено некоторое снижение популярности.

Говоря о распространении мессенджеров и социальных сетей, Вадим Радаев напомнил, что первые из них появились в России в конце 2000-х годов, а динамика их распространения была разнонаправленной. Например, доля пользователей «Одноклассников» снизилась с 79% в 2012 г. до 42% в 2023 г., тогда как доля пользователей VK колебалась между 63% и 73% и вернулась к первоначальному уровню. Он обратил внимание, что до начала блокировок наиболее популярным мессенджером в России был WhatsApp, однако наибольший рост аудитории, особенно среди молодежи, демонстрировал Telegram.

Владение банковскими картами постепенно и устойчиво росло: если в 2006 г. их имели 22% россиян, то сегодня показатель близок к полному охвату (более 90%). В 2025 г. на одного жителя России приходилось около 3,5 банковских карт. Поступательным можно назвать и рост числа пользователей онлайн-покупок.

Вадим Радаев отметил, что темпы распространения различных технологий коммуникации и гаджетов существенно отличались — от постепенного роста с последующим замедлением до взрывного распространения с дальнейшей стабилизацией.

В итоге он выделил четыре технологические волны:

• В 1990-е годы в России появились интернет, персональные компьютеры и мобильная связь, однако их распространение было ограничено из-за высокой стоимости и неразвитой инфраструктуры.
• В 2000-е годы была достигнута широкая вовлеченность в использование персональных компьютеров и видеоигр, а мобильная связь пережила стремительный рост до всеобщей вовлеченности.
• В 2010-е годы наблюдалась массовая вовлеченность в использование смартфонов, мобильного интернета и социальных сетей, а также широкая — в использование мессенджеров.
• Наконец, в 2020-е годы большинство цифровых технологий стало повсеместным, а также началось использование генеративного искусственного интеллекта.

Дискутант, заместитель директора Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ Павел Рудник назвал доклад форсайтом, обращенным в прошлое. По его словам, доклад появился в момент высокой неопределенности и показал, что динамика проникновения технологий может быть разнонаправленной, при этом одни технологии способны заменять другие.

Он выделил в работе Вадима Радаева поколенческий анализ восприятия и освоения технологий представителями разных возрастных групп. Дискутант также обратил внимание на конкуренцию различных устройств в сфере видеоигр и коммуникационных технологий, а также на важность более детализированной количественной оценки ключевых событий.

По его мнению, перспективным является сопоставление распространения технологий среди населения, в бизнесе и государственном секторе, а также сравнение темпов проникновения новых технологий, их замещения и сочетания различных способов коммуникации — например, того, как Telegram объединил функционал мессенджера и социальной сети.

Второй дискутант, студентка магистерской программы «Социальный анализ рынков на цифровых и опросных данных», стажер-исследователь ЛЭСИ НИУ ВШЭ Дарья Петрова отметила, что докладчик сосредоточился на распространении технологий среди индивидуальных пользователей.

Она предложила уделить больше внимания институциональным факторам и развитию инфраструктуры, а также учитывать большее число акторов, что, по ее мнению, могло бы объяснить ряд наблюдаемых тенденций.

По ее словам, последовательность этапов проникновения технологий определяет изменение режимов доступа к ним. Она напомнила, что в первые годы распространения интернета в России нельзя было говорить о нем как о едином пространстве. Например, в Томске сосуществовали университетская сеть и общегородская, формируя специфическую инфраструктуру коммуникаций до появления безлимитных тарифов. В Норильске же долгое время пользователи подключались к интернету через спутник. Таким образом, географические особенности играют важную роль.

Дарья Петрова считает, что взрывной рост мобильной связи, невозможный для стационарной телефонии, стал следствием развития инфраструктуры, снижения тарифов и усиления конкуренции операторов, что снизило барьеры входа для пользователей. Более того, мобильная связь вытесняет стационарную не только количественно, но и функционально. Смартфон становится ключевым устройством и основным интерфейсом доступа в интернет, получая приоритет по сравнению с другими гаджетами.

По ее мнению, последовательное распространение технологий отражает комплексный процесс трансформации технологической среды: интернет, смартфоны и социальные сети, будучи вложенными друг в друга, функционируют как единая система.

В ходе дальнейшего обсуждения было отмечено, что еще в начале 2000-х годов мобильные телефоны воспринимались как признак элиты и предмет статусного потребления. Проводились исследования с вопросами: дадите ли вы телефон, если вас попросят позвонить, откажете ли, и если да, то почему и под каким предлогом.

Среди других технологий участники выделили онлайн-банкинг и возможность перевода денег по номеру телефона, ставшие настоящим прорывом и существенно изменившие повседневную жизнь, а также мессенджеры, активизировавшие коммуникацию в локальных сообществах.

В обсуждении также приняли участие старшие научные сотрудники ЛЭСИ Денис Стребков и Ольга Кузина, ведущий научный сотрудник ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Юлия Белова и адъюнкт Военного университета Министерства обороны Николай Турчин.

Вадим Радаев поблагодарил дискутантов и участников семинара за конструктивные замечания. Он отметил, что необходимы более сложные исследования, в которых история пользовательских технологий будет рассматриваться в тесной связи с развитием инфраструктуры, институциональным оформлением и проникновением в бизнес и экономику. Важно также изучать амбивалентное влияние технологий на поведение людей и социальное взаимодействие. Однако для начала, подчеркнул он, необходимо прояснить базовые вещи и показать, как появлялись и распространялись в России новые пользовательские цифровые технологии.