В НИУ ВШЭ на Покровском бульваре прошла лекция известного французского экономиста, иностранного члена РАН Жака Сапира. В первой части он рассказал о том, какие экономические последствия для мировой экономики будет иметь война в Персидском заливе, а во второй ответил на вопросы участников мероприятия. Многих интересовало, как отразятся происходящие в мире события на России и изменит ли руководство стран ЕС свои позиции в отношении российских энергоресурсов.

Иранское правительство на самом деле очень адекватно и быстро отреагировало на начало войны — начал свою лекцию с оценки действий Тегерана Жак Сапир. Ответ был эффективным: сначала иранцы нанесли удары по американским базам в других странах Персидского залива, а затем ударили по нефтегазовой инфраструктуре региона, добавил он.

Первые экономические прогнозы о последствиях начавшейся эскалации основывались на оценке продолжительности войны, отметил Жак Сапир. Первоначально обсуждались три основных сценария. Первый подразумевал, что это будет короткая война, заканчивающаяся сменой режима и крахом всей правительственной структуры Ирана. Второй сценарий заключался в том, что это будет война средней продолжительности, сопровождающаяся разрушением инфраструктуры в регионе. Третий сценарий подразумевал долгосрочную войну с разрушением инфраструктуры и блокадой Ормузского пролива.

Жак Сапир — французский экономист, научный сотрудник Высшей школы социальных наук (EHESS), директор Центра исследований индустриализации CEMI-EHESS. Иностранный член Российской академии наук. Является специалистом по исследованиям проблем России и стран СНГ.

События развивались по худшему для США и Израиля сценарию. «Что изменилось после трех недель войны? — задал Жак Сапир риторический вопрос собравшейся аудитории. — Правительственная структура Ирана не рухнула, военный потенциал страны не был подавлен. Запасы оружия США и Израиля серьезно сократились, а страны испытали большой шок из-за разрушительного воздействия блокады». При этом эскалация приводит не просто к разрушению инфраструктуры и росту цен на энергию, а к сельскохозяйственному кризису, угрожающему продовольственной безопасности целого ряда стран, в том числе африканских, и даже влияет на такую отрасль, как производство микропроцессоров, для которой нужен гелий, пояснил Жак Сапир. 

Эксперт привел несколько доводов в обоснование своей позиции. Во-первых, оцениваемые сроки восстановления инфраструктуры варьируются от одного до трех лет. Поэтому, даже если война прекратится завтра, мы все равно будем испытывать ее влияние как минимум в течение года, то есть до 2027 года, а может быть, даже в течение трех лет. Во-вторых, шок носит глобальный характер, и возникают проблемы и на других рынках, в частности с удобрениями. Регион Персидского залива — это мировой хаб по производству и экспорту удобрений, на него приходится почти 43% мирового выпуска. 

Блокирование Ормузского пролива — это и удар по высокотехнологическим отраслям. В регионе сосредоточены огромные запасы гелия — необходимого элемента для охлаждения в процессе производства сверхсложных современных микросхем и чипов. Без гелия нельзя производить микрочипы, а более 30% его запасов находятся в Катаре, говорит Жак Сапир. «Если вы почитаете сейчас европейскую прессу, то увидите, что люди много говорят об энергетическом шоке. Но они пока не понимают, что реальный шок будет гораздо серьезнее, чем просто энергетический», — объяснил он. 

Жак Сапир

Сложившаяся ситуация может повлиять на огромное количество отраслей в мире — от промышленной энергетики до здравоохранения и автомобилестроения, отмечает Жак Сапир. Она приведет к последствиям для экономик по всему миру. В целом рост мировой экономики, вопреки февральскому прогнозу, в котором фигурировала цифра 3,3% роста ВВП, может составить 2,7–2,2%, считает эксперт. В США ожидался рост на 2,4%, а сейчас прогнозируется, что на 1,8–2%. Германия должна была оправиться от депрессии и показать рост на 1,1%, но на данный момент рост ВВП в стране оценивается в диапазоне от 0 до -0,8%. Франция находится в лучшем положении, чем Германия, в частности, за счет развития атомной энергетики, поясняет эксперт. Но если еще в феврале этого года Франции предсказывали 1% роста экономики по итогам года, то в зависимости от сценария развития ситуации с войной в Персидском заливе реально рост может составить 0,6–0,4% или ниже. «И у меня есть ощущение, которое разделяют мои коллеги, что то, что мы называем худшим сценарием развития ситуации, на самом деле не худший сценарий», — говорит эксперт.  

Между тем Россия, по его словам, извлечет выгоду из этого кризиса. В первую очередь из-за ​​роста цен на энергоресурсы. «Ценовой эффект, безусловно, будет важен для российского экспорта нефти, газа, а также удобрений, поскольку Россия является и крупным производителем удобрений. Конечно, если рассматривать объемы, Россия не сможет компенсировать дефицит предложения. Дефицит слишком большой, чтобы закрыть его, а транспортировка из России будет затруднена», — говорит эксперт. В итоге, по его прогнозу, рост российской экономики составит в 2026 году не 1,2, а 1,6 или 2%. 

При этом российский бюджет будет не дефицитным, а профицитным. «Цена на нефть, на основе которой был сверстан российский бюджет, составила 59 долларов за баррель. Но я думаю, что средняя цена на российскую нефть будет как минимум 110–120 долларов за баррель», — говорит Сапир.

Он оценил, сможет ли эта ситуация повлиять на позицию ЕС в отношении России. «Если бы люди были рациональны, конечно, сложившаяся ситуация оказала бы очень важное влияние на динамику отношений между ЕС и Россией. Сейчас мы видим, что лидеры ЕС придерживаются прежней идеологической позиции и не могут адаптироваться к новой ситуации», — считает он. Сапир называет европейских политиков на данный момент заложниками прежней идеологической позиции.

Впрочем, со временем, по его словам, процессы адаптации все же будут происходить. «До конца лета, вероятно, никаких стратегических изменений на уровне ЕС не будет принято, но затем к концу августа, я думаю, крупные промышленные компании, в частности немецкие, а также некоторые французские, придут к правительству и скажут, что так дальше невозможно и нужно кардинально изменить стратегию», — резюмирует он.

В заключение профессор Высшей школы экономики Мстислав Афанасьев, выступивший одним из модераторов встречи, поблагодарил Жака Сапира за проведенную лекцию и ответы на вопросы, выразив надежду, что мероприятия с его участием будут проводиться в стенах Вышки и в дальнейшем.