Резкий рост гражданских споров заставил КНР радикально пересмотреть подходы к организации судебной системы. В ходе модернизации изменились не только процессы, но и сама логика рассмотрения дел. Теперь четырехуровневая модель правосудия сочетается с масштабным внедрением цифровых решений и искусственного интеллекта. При этом окончательное решение по-прежнему остается за судьей, а судебная власть имеет ограниченную автономию. Ключевые параметры этой системы стали предметом обсуждения в Вышке.

Клуб цивилистического процесса при департаменте частного права факультета права НИУ ВШЭ провел очередное заседание на тему «Судебная система КНР». Открывая семинар, преподаватель департамента Анжелика Таирова отметила, что в условиях реформирования судебной системы важно выделять ее сильные стороны и основные вызовы.

Приглашенный докладчик, ведущий юрист российско-китайской компании ООО «ТА-ИТ», аспирант МГУ Ли Ялунь (Аарон Ли) сообщил, что после образования КНР в 1949 г. действовала трехуровневая система, однако в настоящее время страна перешла к четырехуровневой. В нее входят суды первой инстанции, городские (провинциальные) суды, промежуточные суды высшей инстанции и Верховный народный суд, определяющий судебную практику.

Гражданское дело редко проходит все инстанции. Существует 13 оснований для пересмотра решений, вступивших в законную силу, в том числе появление новых доказательств, неправильное применение закона и норм материального права. Кроме того, некоторое количество дел повторно рассматривается по жалобам прокуроров, а также в порядке надзора по инициативе председателей судов. При этом четкой процедуры последнего в китайском аналоге Гражданского процессуального кодекса не предусмотрено. В среднем пересматривается около 7% решений, вступивших в законную силу.

В обычном производстве дела рассматриваются коллегиями в составе трех или пяти судей, в упрощенном — единолично. Согласно закону, дела обычного производства рассматриваются до трех месяцев с возможностью продления еще на месяц, упрощенного производства — до двух месяцев с возможным продлением. Суды по интеллектуальным правам рассматривают дела до года.

Примечательно, что в Китае отсутствует прямой аналог российских арбитражных судов: соответствующие категории дел рассматриваются отдельными коллегиями в судах средней ступени. Кроме того, действуют специализированные финансовые суды в Пекине, Шанхае и Чунцине, а также суды по интеллектуальным правам (в Пекине, Шанхае, Гуанчжоу и на острове Хайнань), в компетенции которых находятся споры по авторским правам, товарным знакам и патентам. Также существует отдельный суд по банкротству физических и юридических лиц.

Отличительной чертой судебного процесса в КНР, обусловленной культурными особенностями, докладчик назвал активное применение медиации — стремление суда и, отчасти, сторон к достижению мировых соглашений. Досудебными соглашениями завершается почти две трети дел.

Отвечая на вопрос приглашенного преподавателя департамента частного права факультета права НИУ ВШЭ Армена Шакаряна, Ли Ялунь отметил, что суд в КНР нельзя в полной мере считать отдельной ветвью власти: он подчиняется партийным решениям и, кроме того, не вмешивается в деятельность дисциплинарных комиссий КПК, которые вправе рассматривать не только нарушения партийной дисциплины, но и уголовные обвинения, предъявленные членам партии.

Он также подчеркнул, что Верховный народный суд по своим функциям и полномочиям отчасти напоминает Верховный суд России: он регулярно выпускает постановления Пленума, разъясняющие принципы рассмотрения отдельных категорий дел, и обобщает судебную практику.

При этом в Верховном народном суде отсутствует специальная коллегия по экономическим делам. Как правило, сложные процессы рассматриваются судами провинций и народными судами высшей ступени, где сформированы соответствующие судебные составы.

Студентки 3-го курса бакалавриата факультета права НИУ ВШЭ Анна Лин и Нина Часкина представили доклад «Цифровизация гражданского судопроизводства в Китае: интернет-суды и «умные суды» как модель трансформации правосудия».

Докладчицы пояснили, что рост экономики и благосостояния граждан КНР резко увеличил нагрузку на суды: если в 2000 г. было рассмотрено 5,4 млн гражданских дел, то в 2018 г. — почти 21 млн. Цифровизация и информатизация судопроизводства повышают прозрачность работы судов, снижают нагрузку на судей и аппарат, а также способствуют унификации судебной практики.

В 2013–2014 гг. в КНР были созданы общедоступные базы судебных данных (в 2022 г. в них содержалось 140 млн дел), в 2015–2016 гг. внедрены интерактивные системы, а с 2017 г. активно используются технологии искусственного интеллекта и «умные суды», позволяющие в том числе следить за заседаниями онлайн и изучать их записи.

Также была создана база арестов имущества и судебных обременений, объединившая данные различных ведомств, однако пока не полностью интегрированная в судебные процессы. В середине 2010-х гг. начал работу электронный суд с применением ИИ и блокчейна при Верховном народном суде, а в 2017 г. — первый в мире интернет-суд на базе платформы Taobao (Alibaba), рассматривающий около 10 категорий дел, включая споры об исполнении договоров, заключенных на интернет-платформах, о нарушении авторских прав в интернете, а также споры о доменных именах.

В последние годы около 70% заявлений подаются в суды онлайн. Резкий рост онлайн-процессов обусловлен упрощением процедур: пользователь выбирает категорию спора, оплачивает пошлину, загружает документы и указывает контактные данные, после чего система уведомляет ответчика о принятии дела к рассмотрению или об отказе. Далее стороны представляют доказательства, которые анализируются системой, а пояснения фиксируются с помощью голосового помощника. Электронная фиксация документов при предоставлении копий надлежащего качества признается допустимым доказательством.

Суд может назначить онлайн-заседание на время, по возможности удобное для обеих сторон, что ускоряет процесс, особенно если участники находятся в разных регионах.

Докладчицы отметили, что по соглашению сторон возможно и асинхронное судебное разбирательство, при котором суд и участники подключаются в разное время, однако продолжительность заседания не должна превышать 48 часов. Также применяется досудебная онлайн-медиация и примирение в ходе процесса через специальную платформу, созданную Верховным народным судом.

В настоящее время искусственный интеллект тратит около одной секунды на поиск релевантных судебных актов по аналогичным делам, выявляет прецеденты и анализирует их применимость. Это значительно повысило скорость и эффективность рассмотрения дел и подготовки решений, около половины которых формируется с использованием генеративного ИИ. При этом масштабное применение ИИ не означает, что решения выносит машина: судьи анализируют подготовленные проекты и могут не согласиться с ними, если выявляют ошибки, связанные с алгоритмами обучения или толкованием права.

ИИ применяется в судах с соблюдением принципов безопасности, законности, справедливости, а также прозрачности и надежности. Алгоритмы должны быть понятными, проверяемыми и не нарушать принципы публичного порядка и этики.

При этом с использованием ИИ не рассматриваются сложные дела.

Студентки также подчеркнули, что широкое применение ИИ в судах обостряет проблему цифрового неравенства. Кроме того, искусственный интеллект не способен учитывать принципы человечности и гуманности в полной мере. Возможен и конфликт интересов, если суд рассматривает дело, в котором участвует компания, предоставляющая ему ИТ-услуги.

На семинаре также были представлены сообщения студентов третьего курса бакалавриата факультета права НИУ ВШЭ Никиты Белоусова и Григория Самойлова «Особенности признания и приведения в исполнение решений иностранных судов», а также находящейся на стажировке во Вьетнаме студентки бакалавриата факультета права Елизаветы Коротковой «Аналитическая записка о судебной системе Социалистической Республики Вьетнам».